сбежать чтобы выжить, вернуться чтобы отомстить.

кто бы что ни говорил но время не лечит. раны заживают лишь на коже и то оставляют рубцы.

он никогда не забывал тех кого пришлось оставить позади, тех кого он не смог спасти и защитить. чувство вины сопровождало его куда бы он ни шел, неведенье душило, а воспоминания причиняли боль. ребенок, бросивший вызов судьбе, заведомо проиграет если не будет осторожен и осмотрителен.

жизнь на улице подарила ценный опыт, (который не приобретешь даже в научно-исследовательском институте фонтейна) и раскрыла истинные мотивы людей, показав опасность что таится за фальшивой улыбкой; доверие — слишком ценный ресурс, нож между ребер — обыденность.

его путь был тернист, пришлось рано повзрослеть и сделать всевозможное чтобы выжить и стать сильнее. и все для того чтобы однажды вернуться. он знает что понесет наказание за содеянное, как и положено убийце, но он не будет об этом сожалеть.

его возвращение было всего лишь вопросом времени и он знал что пути назад больше нет.
больше он не сбежит.

<...> когда он открывает глаза, в небе возвышается полная луна, а ее призрачный свет мягко разливается освещая все вокруг. он не вспомнит сколько времени пролежал на мерзлой земле; кровь и влага с травы пропитали одежду и она неприятно прилипла к телу от чего легкое дуновение ветра пробирает до костей. приподнимаясь на локтях, он ощущает ноющую боль в области ребер. тихий хриплый стон срывается с обветренных губ; он все еще жив.

тело, скованное болью, почти не слушается. кое-как ему удается подняться и медленной, шаткой поступью дойти до берега. небрежно опускаясь, он чувствует как его колени тонут в прибрежном песке. в спокойной морской глади он видит собственное отражение — взъерошенные волосы, кровоподтеки и ссадины на бледном лице.

( убийца )

он некоторое время всматривается в собственное отражение, а после бьет кулаком по воде и та расходится мелкой рябью, вновь собирая воедино его портрет. он думал что убийство этих людей принесет ему долгожданное спокойствие и даже удовлетворение, но вместо этого он ощутил... ничего? гнетущая пустота подобна дыре в грудной клетке.

сейчас его братья и сестры свободны, переданы одной знакомой милюзине, которая за небольшое вознаграждение согласилась провести ребят в город, чтобы передать их в местный приют. вот только смогут ли эти дети найти свое место в жестоком и несправедливом мире? встретят ли они тех, кто сможет позаботится о них?

он оборачивается через плечо — там вдалеке стоит плотный столп серого дыма, который, возвышаясь, расползается по ночному небу затягивая его сизой пеленой. он обещал самому себе что уничтожит это место, сожжет все, не оставив ничего из того, что могло бы напомнить об проклятой «ферме». к собственному удивлению на его лице не дрогнул ни один нерв, когда он бросал горящую свечу, внутри ничего не откликнулось, когда яркие языки пламени поглощали вещи одну за другой.

он просовывает руку в карман брюк, нащупывая в нем остроконечную, металлическую деталь и достает ее, раскрывая ладонь: в лунном свете драгоценный камень в форме темнозвездника чарующе переливается, вытягивая наружу обрывки разрозненных воспоминаний.

он думал что после того как все закончится, у него будет некоторое время поразмыслить о произошедшем пока он ждет жандармов на месте преступления, а после, как и полагается законопослушному гражданину фонтейна, сдастся с повинной, всецело посвятив свою судьбу в руки правосудия. все его действия были спланированы заранее, как хорошо отрепетированный сценарий и он бы следовал бы ему, если бы не одна вещица в корне поменявшая его планы. еще рано пожинать плоды совершенного преступления, как оказалось осталось еще одно незавершенное дело, которое нужно сделать до того как его отправят в подводную крепость. а как только все закончится он сам придет в сумеречный двор чтобы принять заслуженное наказание.

он пристально смотрит на камень и погружает его в воду, стараясь смыть вкрапления крови, что остались на оправе и подвеске. темнозвездник переливается даже под водой: украшение выполненное с такой ювелирной точностью завораживает, неудивительно что мамаша решила прибрать его к рукам. он предполагал что могло произойти с его владелицей раз он не обнаружил ее в доме; ее исход был слишком очевиден, но он не решался его принять. дети, которых он спрашивал о ней лишь пожимали плечами, они не знали что с ней произошло и где она может быть. словно ее никогда и не было.

тихий всплеск и холодная вода мгновенно пропитывает волосы. он с силой трет лицо, стараясь смыть с него кровь и грязь. все что ему сейчас нужно — перебраться на ту сторону, спустится в флёв сандр и пораспрашивать местных о девчонке, что часто гуляет одна. быть может ему повезет и на ее поиски уйдет не так много времени, ведь уже совсем скоро его начнут искать.

где-то позади слышатся голоса и он понимает что пора уходить. за время скитания на улицах он выучил несколько подходов к кур-де-фонтейну, каждый из которых был безопасен по-своему. поскольку изначально он не планировал возвращаться, его погружение под воду было спонтанным и необдуманным поступком. слабость нахлынула на него посреди пути и он впервые испугался что закончит свою историю на дне моря.

п о м о г и

( помоги нам )

все то время что он был без сознания в голове проносилась череда воспоминаний, словно обрывки старого фильма: он слышал скрежет металла и чувствовал как дрожат его руки, когда он пытался вскрыть замок ржавой клетки. напуганные детские голоса звали его по имени, просили помощи и предостерегали, сливаясь в единую мрачную какофонию. где-то наверху слышался скрип половиц и тяжелые шаги отца, не предвещающие ничего хорошего.

( они идут )

( они рядом )

( они найдут нас )

[indent]  [indent] уходи
[indent]  [indent]   [indent]  [indent] [indent] уходи

[indent]  [indent]   [indent]  [indent] [indent]  [indent]  [indent]  [indent] [indent] уходи

его тело бил озноб и теплые прикосновения казались невесомыми, призрачными, едва уловимыми. он слышал тихий голос, зовущий его, но он не мог определить откуда он доносится — вокруг всепоглощающая тьма и лишь вдали небольшой проблеск света.

<...> когда он открывает глаза — на небе все еще видна луна в окружении звезд, яркая и чарующая — этой ночью она особенно прекрасна. тишину нарушает лишь его кашель: морская вода выходит из него, стекая по подбородку.

— ты? — он щурится, пытаясь сфокусироваться и на мгновение ему кажется, что его сестра все еще жива. всматриваясь в силуэт что навис над ним, ее образ исчезает, сменяя его на ту, что изменила его планы.