скрытая враждебность томилась в груди: он не хотел находиться здесь, не хотел слушать нравоучения масамичи, не хотел встречаться взглядом с сугуру, и уж тем более он не хотел размахивать шваброй. единственное о чем он думал, так это о том что он мог спокойно провести остаток дня в своей комнате, играя в приставку. но этому не суждено было сбыться — как только они закончат уборку, ему предстоит погрузиться в учебу, разбирая домашнее задание недельной давности, на которое он благополучно забил. сроки выполнения поджимают, а сатору, увлеченный, постоянными спорами с новым одноклассником, каждый раз забывал обратиться к шоко за помощью.

согласится ли она сделать все за один день или откажется, выслав его куда подальше?

пение птиц, что доносится из приоткрытого окна раздражает — оно напоминает о свободе — о том, чего сатору лишен. здесь в пустом классе проходит его юность и молодость, которую он мог бы потратить на развлечения.

молчание в ответ, как мнимая победа. сатору приоткрывает один глаз: заметив что сугуру нет на прежнем месте, он усмехается, понимая, что тот уже наверняка сдался. вот только удар по стулу, пришедшийся так некстати, мгновенно стирает самодовольную ухмылку с его лица. грохот содрогнувший аудиторию пронесся эхом, отражаясь от стен. сатору обомлел от наглости, мгновенно вскочив на ноги. он поднял очки на лоб, возмущенно уставившись на одноклассника: его щеки и уши покраснели от вспыхнувшей ярости. перед ним сугуру — довольный своей выходкой, сияет как звезда на ночном небе.

и вновь эта улыбка.

— не засыпай, сатору.

собственное имя, сорвавшееся с чужих губ, словно удар хлыстом по обнаженной спине — голос как тихий ручей, врезается в память гулким эхом, четко отпечатываясь где-то на подкорке, воспаленного высокомерием, сознания. сатору выдерживает зрительный контакт с завидной стойкостью несмотря на то, что внутри все клокочет и воет раненным зверем.

если бы годжо сатору попросили бы охарактеризовать своих одноклассников всего одним словом, возможно он бы задумался, пытаясь подобрать как можно более точное описание. если бы годжо сатору попросили бы охарактеризовать гето сугуру всего одним словом — он бы мгновенно ответил — скользкий.

но помимо всего одного слова, там набралось бы еще с десяток. гето сугуру явно не тот за кого себя выдает: слишком учтивый, слишком вежливый, слишком деликатный и понимающий. в нем всего чересчур «слишком» и от того создается впечатление что его дружелюбная улыбка ничто иное как просто правильно подобранная маска, скрывающая томящиеся пороки. годжо сатору уверен — у гето сугуру полно плохих качеств, которые он мастерски прячет глубоко в душе, не позволяя окружающим их распознать.

он готов поклясться — с ним действительно что-то не так. у него поистине странное обаяние: льстивая, уклончивая ухмылка, хитрый прищур и приторно сладкий тон, от которого каждый раз становится не по себе. живое олицетворение греха, словно симптом смертельной болезни; его вкрадчивый голос просачивается под кожу, царапает изнутри, заставляя нутро рассыпаться пеплом.

с ним непросто находиться в одном помещении, что уж говорить о конструктивном диалоге. они словно две планеты, идущие на столкновение. столкновение, которое погубит и уничтожит все на своем пути.

его провокации очевидны, лежат на поверхности словно пышные бутоны лотоса: улыбка, жесты, проклятая энергия, искусно подобранные слова и бесконечное заигрывание с интонацией. провокатор. безумец, слепо ступающий по самому тонкому льду, упивающийся адреналином и чувством опасности; ему хватает смелости бросать негласный вызов подлинному величию и это величие послушно отзывается на его зов — добровольно вступая в умело расставленные ловушки.

ранее никто и приблизиться к нему не смел.

какая наглость.

чтобы шоко не говорила, а стоять плечо к плечу с этим снисходительным ублюдком, сатору не собирался. он сильнейший, и он привык полагаться только на себя.

— серьезно? — цедит сатору сквозь плотно сжатые зубы и чувствует, как последние крупинки самоконтроля таят в чужом спокойствии, — мы не настолько близки, чтобы ты обращался ко мне по имени, гето, — он дышит глубоко, размеренно, отчаянно стараясь обуздать внезапный гнев, в то время как его щеки и уши все еще горят адским пламенем. он вытягивает руку в сторону сугуру, удерживая средний палец большим и целится, прищурив один глаз. он представляет размазанное по стене тело сокурсника и его дрожащий голос в отчаянной мольбе о пощаде. пальцы издают щелчок, но ничего не происходит.

небольшая осечка.

— так было бы слишком просто, — невозмутимо произносит сатору, тем самым оправдывая неумелый контроль собственной силы.

но чтобы произошло, если бы у него получилось?

он убирает руки в карманы брюк, сжимает и разжимает пальцы, стараясь вернуть себе былое спокойствие; он принимает привычную, вальяжную позу, ухмыляется и делает несколько шагов навстречу, намеренно сокращая расстояние.

непозволительно близко.

по телу мурашки проносятся колкой будоражущей дрожью, приподнимая волоски на теле — сатору теряется в предвкушении, а напряжение, оставшееся с прошлой драки сулит новые раны. на губах чужое дыхание, что обжигает не хуже открытого огня. взгляд устремляется в глаза напротив и слова застревают в горле, навсегда оставшись невысказанными.

почему он так спокоен?

его невозмутимость вызывает вопросы. неужели он настолько уверен в себе?

этот снисходительный взгляд, которым он смотрит на сатору, хочется стереть точно так же как и льстивую полуулыбку, вызвав привычное пренебрежение, страх и отвращение — все то, что он привык видеть в чужих глазах каждый день.

но гето сугуру отличается от остальных.

не каждый день можно встретить безумца, который готов бросить вызов наследнику одного из самых богатых и влиятельных кланов токио.

он не боится либо совершенно не понимает какое чудовище магического мира стоит прямо перед ним.

глупец.

их прошлые раны еще не зажили, но сатору готов как получить, так и нанести новые. противостояние интересов, вспыхнувшее так внезапно и осевшее горечью на языке распаляет неподдельный интерес, а неугасающее соперничество побуждает совершать все новые и новые опрометчивые поступки (о которых, вероятно, пожалеют оба). желание выделиться и поставить этого выскочку на место туманит разум, заставляя действовать безрассудно. сатору готов поклясться, он впервые чувствует что-то подобное.

словно долгий сон наконец-то закончился.

— предлагаю пари, — тон его голоса меняется, сатору наклоняет голову, исподлобья уставившись на сугуру: на его губах ухмылка, а в глазах азарт, — бой, в котором проигравший будет убираться за двоих. весь срок наказания. здорово придумал, а? — лукавая улыбка касается его губ, а за ней следует внезапный удар — сильный и быстрый, пришедшийся точно в чужую челюсть. расстояние между ними увеличилось: сатору медленно, словно хищник, подходит к сугуру, попутно пиная в его сторону выданное им для уборки ведро.

— вот только не думай, что сможешь меня переиграть, — он слизывает проступившую кровь с костяшек и самодовольно усмехается, — в прошлый раз тебе просто повезло. в этот — я выбью из тебя все дерьмо и наконец сотру эту треклятую улыбку с твоего лица.

в моменте он бросается на одноклассника и валит на пол, усаживается сверху и заносит руку для удара.

— когда тебя спросят о том, кто тебя так разукрасил, не забудь назвать мое имя.